Информационно-развлекательный портал

Сити-NКладовкаФорумСеновалАфишаТВ-onlineЮморДругие проекты

ДневникиВидеоЖенский порталПогода

Случайные фото
Профилактические плакаты, на стенах кожвендиспансераВ рот мне рукиПоезд из Москвы во Владивосток за 9800 евроСюрприз в туалетеТвой выход, арбалетчик!Синтольный Вадир всё еще жив
Когда дворняге нечего жрать, для нее и машина - деликатесВ Тольятти пострадал Land CruiserВопросы докторуПока народ безграмотен, из всех искусств важнейшими для нас являются кино и циркКогда оживают старые мемыБлизок к провалуРаботают или едят?Победитель лотереи в Атланте скончался после попытки нанесения позолоты на свои яйцаПрограммист отомстил телефонным мошенникам
Тэги

23
мая

Истории

Рейтинг:

Истории за 23 мая 2017

У нас в подъезде барахлит домофон. Барахлит таким образом, что если внизу набирать номер нашей квартиры, то вызов домофона идет у нас в квартире и еще в одной квартире в подъезде, где живет моя одноклассница и подруга жены. При этом дверь можно открыть как из нашей квартиры, так и от одноклассницы.
Выскакивал под дом в машину, не взял ключи. Возвращаюсь домой, набираю на домофоне номер квартиры. Первой на домофон отзывается одноклассница, и пока я объясняю, что мне нужно домой попасть, на домофон отзывается моя жена. Быстро выяснив, что соседка трубку уже подняла, они начинают разговаривать между собой, после чего прощаются и кладут трубки. Стою как идиот под подъездом - ни одна из них дверь не открыла.


Тесть с тещей, мир им, по молодости жили и работали в Монголии. Разбирая их вещи, нашел старенькую детскую книжку сказок, изданную на монгольском языке, на плохой бумаге, с какими то каракулями вместо рисунков, автор сборника Хорлоо-гуай мне неизвестен, да и как узнать, если тираж книжки всего 200! экземпляров.
Но нет предела любопытству. Стал переводить подстрочник и офигел. Монголы все давно знали - про себя, про Китай, про нас, про Украину, про Обаму и Трампа. Приведу свой перевод одной из сказок. Не судите строго, переводил буквально по слогам.
На вершине холма стояли и смотрели вдаль конь-дед и конь-внук. Деда, говорит внук, а кто там так смешно тащит телегу с навозом - подпрыгивает, лягается и вопит по не-нашему? О, внучек, это грустная история.
Ты же знаешь, что никому никогда не удавалось нас оседлать и заставить жить в стойле. Много коней из многих разных табунов погибло за нашу общую свободу, но всегда мы были победителями. И решили наши враги напасть на нас поодиночке. Подобрались к одному табуну нашему у края степи и стали кидать печенье и рассказывать лошадям, что не лошади они, а бабочки. Что нет ничего краше их полета-прыжков, их песен-ржания, что обманывали мы их всегда и прятали от них их истинную историю бабочек. Слабый оказался табун, поверил этим сказкам. И начали они прыгать и визжать не по-нашему, отказались они от нашей славы и наших степей, стали кусать всех своих, кто не хотел скакать вместе с ними на месте. Не заметили они как оказались запряженными в чужие телеги, но так и продолжают прыгать и скакать, считая себя бабочками.
Дедушка, но они же так похожи на нас. Наверное можно их вернуть назад, давай им расскажем, что они лошади.
Нет внучек, поздно. Теперь они навсегда стали ослами. Лошади, которые предают свою историю всегда превращаются в ослов.


В мае 1989 года я выезжал в долгосрочную командировку в Швецию. Фактически, это был мой первый выезд за кордон, поездка пятнадцатью годами ранее в Польшу не в счет: Польша – не заграница.
Мне продали билет до Стокгольма через Хельсинки, куда я ехал на поезде из Москвы, чтобы потом пересесть на паром. Я вышел в Хельсинки и с недоверием потоптался на земле: «Неужели это уже буржуинская почва?» Смотрю вокруг и ничего не понимаю: куда идти, где искать этот чертов паром? Вокруг надписи не по-русски, люди по-русски не говорят, мои знания в английском бедны, чтобы вот так с ходу начинать кого-то расспрашивать. В кармане у меня аж 16 американских долларов, выданных родной Академией наук на «непредвиденные расходы». Я решился на отчаяный шаг и подошел к стоянке такси:
– Сильвия Лайн, плиз.
Позже я узнал, что название парома было не «Сильвия Лайн», а «Силья Лайн», но таксист меня понял. Я ему кое-как объяснил, что платить собираюсь долларами, он согласился и мы поехали.
Спустя примерно полгода я ждал в гости свою половинку. Как положено, я оформил ей приглашение в советском посольстве. Заграничный паспорт и визу ей оформила Академия наук. И здесь мы выяснили неожиданный факт. Оказывается, если советский гражданин выезжает за границу по приглашению советского же гражданина, то первому не меняют ни копейки денег. Передать валюту на «непредвиденные расходы» не нарушая закона нет никакой возможности. Вопрос: как моей жене добраться из точки А в точку В в незнакомом городе, не зная языка и не имея денег? Предположим, она даже чудом выяснит маршрут городского транспорта между означенными точками. Но за городской транспорт тоже надо было платить, как это ни могло показаться странным для советских бюрократов. На самом деле, в Хельсинки не так уж и далеко от вокзала до терминала, всего лишь около часу небыстрой прогулки. А теперь представьте, что это расстояние нужно преодолеть, не зная города и, к тому же, впервые в жизни оказавшись за границей. Задача не из простых. Но советский человек на то и рожден советским человеком, чтобы уметь преодолевать все трудности. Я сказал супруге по телефону, что без такси ей не обойтись и надо любыми путями приобрести дома хоть сколько-нибудь валюты.
Итак, моя жена отправилась в путешествие. Прибыв в Хельсинки, она без труда нашла стоянку такси (дорогу к стоянке я ей хорошо описал по телефону) и на чистом эсперанто спросила таксиста:
– Водка?
Таксист отрицательно замотал головой: дескать, нет, водки не держу (на самом деле, многие таксисты в Хельсинки приторговывали контрабандной водкой). Не смотря на отказ, моя жена уселась в машину и скомандовала уверенно:
– Силья лайн.
Когда такси прибыло к терминалу, она достала из сумки поллитровку и повторила свой вопрос:
– Водка?
Таксист счастливо разулыбался:
– Yes!
На следующее утро я встретил свою супругу в Стокгольме.
Кстати, оказалось небезынтересным, что мы все же нашли способ менять валюту в Советском Союзе почти легально для последующих поездок жены ко мне. Я высылал жене два приглашения: одно от себя, заверенное по полной программе в посольстве, и одно липовое от моего шведского коллеги. По второму приглашению она получала паспорт и меняла 200 рублей на 2000 шведских крон (что по курсу черного рынка стоило ровно в 10 раз дороже, т.е. 2000 рублей) – наши бюрократы не знали, как должно быть оформлено настоящее приглашение. После этого она предъявляла в шведском посольстве мое приглашение (по «липе», не заверенной должным образом, ей бы визу не дали – шведы знали толк в документах) и получала визу. Я же всегда говорил, что советский человек на то и рожден советским человеком, чтобы уметь преодолевать все трудности.

Комментарии /0

Смайлы